Оборачиваются назад, из за того что впереди ничего не видят

понедельник, 21 февраля 2011 г.

Из истории: "Нам нужно, чтобы Назарбаев с Кравчуком знали свое место!».

Воспоминания бывшего пресс-секретаря бывшего президента России Павла Вощанова 23.10.2003. "Эту историю мне часто припоминают и друзья, и недруги. Первые — со смехом, в шутку. Вторые — с возмущением. Но и те, и другие, как мне кажется, не поняли сути того, что произошло в сентябре 1991 года, когда заявление пресс-секретаря российского президента Павла Вощанова заставило власти Киева и Алма-Аты организовать шумные митинги протеста против России. А было так… После августовского путча (так его тогда называли) Б. Ельцин пребывал в состоянии политической эйфории. Он — победитель Горбачева! Это для него было главным. А коли так, то должен добиться того, чего не мог добиться президент СССР. Например, примирить армян и азербайджанцев, конфликтующих из-за Карабаха. Или того больше — добиться, чтобы лидеры всех республик подписали новый Союзный договор. Политической воли любой ценой сохранить Союз у Ельцина конечно же не было. Было другое — желание почувствовать себя общепризнанным Лидером. Это ж так эффектно: все, кто торпедировал начинания Горбачева в Ново-Огареве — и Назарбаев, и Кравчук, и Шушкевич, — придут к нему, к Ельцину, и поставят подписи. Горбачев посрамлен!
Но никто не пришел. В конце сентября 91-го Ельцин неожиданно для себя сам оказался в положении Горбачева. Ему никто не перечил, но никто не торопился что-то предпринимать. Российский президент был уязвлен. И тогда родилась идея «намекнуть» партнерам по переговором, что «Ельцин — это вам не Горбачев». Пресс-секретарь получил задание от президента выступить с заявлением: «Если какая-либо республика прекращает с Россией союзнические отношения, то Россия вправе поставить вопрос о территориальных претензиях». В заявлении не назывались территории, но подразумевалось, что речь идет об областях и районах, некогда входивших в состав РСФСР, а в 50-е годы, по решению ЦК КПСС переданных в административное подчинение другим республикам: Крым и Донбасс — Украине, Абхазия — Грузии, некоторые районы Южной Сибири — Казахстану. Когда все было подготовлено, я позвонил Ельцину в машину (он в этот день уезжал на отдых в Юрмалу) и зачитал текст заявления. «Хорошо! Передавайте в прессу».
После заявления пресс-секретаря в Киеве и Алма-Ате начались «стихийные» митинги. Россию называли агрессором, а Вощанова — поджигателем войны. В Белом доме на Красной Пресне раздались звонки западных послов, обеспокоенных тем, что Россия задумала себе что-то вернуть. Дело приняло нежелательный для Ельцина оборот. Из Юрмалы пришло указание: направить в Киев и Алма-Ату двух российских представителей — вице-президента А. Руцкого и советника Сергея Станкевича — для разъяснения нашей позиции.
Никогда не забуду это странное ощущение: включаю телевизор и слышу, как выступающие перед митингующими киевлянами Руцкой и Станкевич на чем свет стоит клянут «зарвавшегося пресс-секретаря, который, можете не сомневаться, свое получит».
С трудом дождался возвращения Руцкого в Москву. Иду к нему в кабинет: «Саша, что ж вы из меня козла отпущения-то делаете!». Вице-президент ставит на стол бутылку: «Эх, Пашка, сынок, что ж делать-то?! Такая у нас с тобой работа вредная!».
На следующий день в Алма-Ате повторился киевский сценарий — на чем свет кляли зарвавшегося Вощанова. Но я уже не переживал: работа такая — брать удар на себя.
Наверное, и по сей день так бы думал, если б не одно «но»: мне позвонил из Латвии Борис Николаевич. Так грозно он не говорил со мной за все годы нашего знакомства и сотрудничества. «Вы допустили серьезнейшую ошибку!». Повесив трубку, я сел и написал заявление об отставке, но главный помощник президента В.Илюшин остановил: «Не надо торопиться, все уляжется…» Потом оказалось, что, сделав заявление, я должен был сидеть молча, будто воды в рот набрал, и ни при каких условиях не называть названия спорных территорий. Спросил одного из ближайших сподвижников (не буду всуе упоминать имя покойного): почему не называть, если и так всем понятно? Ответ поразил: «Да ты, старик, не понял поставленную перед тобой задачу! Думаешь, нам эти территории нужны?! Нам нужно, чтобы Назарбаев с Кравчуком знали свое место!».

Наивные мы все-таки люди! Иной раз думаем, что за словами и поступками наших вождей стоит какой-то великий государственный смысл, а его там нет и в помине. Обиды, амбиции или того хуже — корысть. Этого в изобилии. Государственного смысла — ни на копейку." http://www.novayagaz...2003/79/19.html

Комментариев нет: