Оборачиваются назад, из за того что впереди ничего не видят

среда, 7 ноября 2007 г.

Время делать выбор


Недавно мне задали вопрос "На основе чего следует сделать выбор в пользу той или иной партии?" Действительно важный вопрос.

Вот мой ответ. (1) Лидерство партии. Качество и возможности. Умение принимать разумные, т.е. в интересах большинства населения, решения. По моим наблюдениям подавляюшее большинство политиков думает только и только о своих интересах, под камуфляжем слов о любви к народу. Т.е.шельмы они. Своими голосами мы делегируем их во власть решать, притом качественно, проблемы государства.А их у нас невпроворот. Если , скажем А постоянно сурово критикует Б, это не значит, что А качественный лидер. Мы же видим, чем сегодня занимаются во власти вчерашние критиканы.

(2) Список, особенно первая десятка.Если там, вы видите прожженных коррупционеров и одиозных личностей, вывод ясен. Партия этим говорит всем нам - "Купим всех вас в очередной раз и плевать хотели на простого человека". Если вам на себя и свое достоинство наплевать - идите, эта партия купит ваш голос. Но, если вы видите там действительно дельных людей с хорошей или безупречной репутацией, то вы можете ожидать от них хороших перемен.Как узнать Кто есть Кто? Страна маленькая - и потратьте немного времени на поиск достоверной информации - уверен найдёте. Только не спрашивайте у политических оппонентов.


(3) Слова и дела. Посмотрите как лидеры партии относятся к ключевым вопросам - например вопросу о собственности, коррупции, национальным интересам. Спросите - зачем во власть продираются бизнесмены? В парламенте бизнесом заниматься запрещено.Но, нет лезут же в запретную зону.Почему? Что сделали крупные собственники для простых людей? Поинтересйтесь. И откуда у них эта собственность появилась?

(4) Мораль и принципы. Циник и мерзавец - они и в парламенте такими будут и будут продолжать разлагать всю государственную власть.


Наш правильный выбор - это шанс на лучшее. Наша ошибка вернётся нам как задержка в развитии страны.

Грузия. Возможные уроки для нас


Чем сегодня Саакашвили отличается от Шеверднадзе? Большей жаждой власти. И всё тоже. Преследование своих оппонентов и опора на насилие.

Демократы на словах даже хуже чем партократы.


Обратите внимание все "революционные" страны живут под крышей политического радикализма, преследования политических противников, вплоть до физического истребления, масштабного и неоправданного использования насилия. Ценности демократии прививаются на посткоммунистическом пространстве только в тех странах, которые сделали видимый прогресс в борьбе с коррупцией, повышении благосостояния большинства населения и где смена руководства на основе выборов -норма. В остальных - коррупция, и вчерашние оппозиционеры зубами вцепились в свои кресла и активное население утекает из страны. "Из хорошей страны люди не бегут" говорил Конфуций.


Из двух видов порядка: (1) установленного насилием на основе узурпации власти, (2) установленного на основе согласия власти и общества - второй предпочтительный.


Те, кто толкает к монополизации политической власти в Кыргызстане должны понимать, что первое что они сделают - это поднимут политически активное население на дыбы, второе дадут шанс радикализации все политической жизни. И что? Сколько можно держать страну на дыбу, как скакуна? Не лучше ли двигаться вперёд, извлекая уроки и учась на ошибках других?

вторник, 6 ноября 2007 г.

Идиотэс и шельма - главные "герои" выборов и референдумов



Идиот - греческое слово первоначально не содержало даже намека на психическую болезнь. В Древней Греции оно обозначало "частное лицо", "отдельный, обособленный человек". Не секрет, что древние греки относились к общественной жизни очень ответственно и называли себя "политэс". Тех же, кто от участия в политике уклонялся (например, не ходил на голосования), называли "идиотэс" (то есть, занятыми только своими личными узкими интересами). Естественно, "идиотов" сознательные граждане не уважали, и вскоре это слово обросло новыми пренебрежительными оттенками — "ограниченный, неразвитый, невежественный человек".

Шельма — слово, пришедшие из Германии. Немецкое schelmen означало "пройдоха, обманщик".


Одним совсем безразлично, что происходит в их стране.Они считают, что организаторы что захотят, то и сделают.Реально они правы. Но, в том-то и дело, что обман процветает благодаря прежде всего таким пофигистам.


Другие сделали правилом жизни обман и лицемерие. Чтобы сохраниться на каком-либо стульчике, не в кресле даже, готовы на всё.И всегда своё подобострастие объясняют якобы давлением сверху. Во многих случаях безобразия творятся не из-за команды сверху, а потому что холопский менталитет глубоко впитался в натуру многих людей и стал их главным образом.


Вот две категории таких людей и являются главными виновниками сфальсифицированных выборов и референдумов.

понедельник, 5 ноября 2007 г.

Kyrgyzstan – NATO: Perspectives on Prospects


Beshimov Bakyt

Overview
In the 16 years of its independence, Kyrgyzstan has made dramatic leaps and bounce to democracy, exceeding early expectations of even some very shrewd observers. This is not to say, however, that the country’s path to its fledgling democratic life has been steady and unerringly robust. In the early years of its independence, unlike their counterparts in the other “stans” of Central Asia, Kyrgyzstan’s ruling elites have smartly avoided resisting the zeitgeist of democracy and actively, or at least visibly, embarked on promoting the development of democratic institutions. That gung-ho embarkation on the democratic project turned out to be a masterful pretense, as later movement of the political current showed. Realizing how democratization runs counter to the stability of the enjoyment of power, Kyrgyzstan’s ruling elites also realized that they “can of worms” they opened with their cunning acceptance of democratic ideas cannot be shut or kept tight by subtle or invisible means. From that realization on, especially given Kyrgyzstan’s critically deteriorating economy at the time, the country’s political development has been characterized by systematic attempts by ruling elites to increase their hold on power. This in turn led to systematic conflicts within an already fragmented political system as well as to growing tensions with Kyrgyzstan’s rapidly burgeoning civil society.

Although spurred by a sudden government overthrow in March 2005, Kyrgyzstan is building a real foundation for peaceful and democratic power transitions in the future. Now all ruling elites take open political competition for granted and understand that adherence to constitutional norms is critical to their survival. That is why constitutional reform has been one of the key points of debate and confrontation between government, opposition, and civil society.

Like in every other Central Asian nation, the question of national security is of vital importance in Kyrgyzstan. Despite constant and serious security challenges, there is no system of regional security in Central Asia to speak of. Nevertheless, some visible approaches to regional security are beginning to take shape in the framework of the Shanghai Cooperation Organization (SCO) as well as the Collective Security Treaty Organization (CSTO). Notably, the nature of these two organizations is that their members’ geostrategic capabilities are highly uneven. Thus, smaller countries like Kyrgyzstan and Tajikistan risk the involvement into promoting various interests that run at the expense of their own security and political agendas. Russia and China are vocally apprehensive about NATO’s eastward movement. But can we discount the possibility that increasing and diversifying cooperation with NATO could allow the Central Asian states to better integrate into the international security architecture?

Within Central Asia, back and forth leadership battles between Kazakhstan and Uzbekistan and complicated disputes (e.g. border demarcation) between all the region’s states undermines efforts to build collective security measures that respond equally well to the interests of all states. Such a situation cannot but tempt the larger powers into pursuing divide-and-rule tactics for strengthening their control over the region, with the unavoidable consequences of strengthening regional disintegration processes, further deepening inter-state tensions, and ultimately exacerbating the entire security situation in the region.

Healthy relations between NATO and Russia, void of geostrategic suspicions and jealousy, as well as the freedom for and the striving by the states of Central Asia to build their relations with NATO without having to worrying too much about Russia’s opinion will be key for improving security in Central Asia.

Kyrgyzstan’s Foreign Policy
Kyrgyzstan’s foreign policy is directly affected by its complex internal politics. What is important to note is that geopolitical vision of Kyrgyzstan’s ruling elites is by far not the only determinant of the country’s foreign policy. Civil society and public opinion, too, play a key foreign policy role.

The initial principles of Kyrgyzstan’s foreign policy have been established by the then President Askar Akaev who advocated multi-vector diplomacy to be achieved and maintained through both bilateral and multilateral mechanisms. This diplomacy implied the establishment of fruitful partnerships with all major powers without perceptible preference one way or the other. In addition, this diplomacy aimed at building friendly, cooperative relations with its neighbors and regional powers.

With the change of ruling regime in 2005 the country’s foreign policy experienced a noticeable turn. Without totally abandoning multi-vector diplomacy, Kyrgyzstan’s foreign policy has transformed into diplomacy of preference for a partnership with a single power -- Russia. This turn occurred not only as a result of particular geopolitical and geocultural understandings of the new decision-makers. Another factor was popular dissatisfaction with the outcomes of Kyrgyzstan’s Westward dynamic in its first 15 years of independence. There is a prevalent notion that Kyrgyzstan’s staggering corruption has been strongly influenced by such Western institutions as the World Bank and the IMF.

Another important factor precipitating the change in Kyrgyzstan’s foreign policy has been the increased pressure exerted by the members of the Shanghai Cooperation Organization, advocating the withdrawal of U.S. troops from the country.

Allegedly supported by Russia, the Movement for Withdrawal of the US Airbase is tilting the country’s foreign policy further in the direction consonant with that of the new elites. Furthermore, in 2006 two American diplomats in Kyrgyzstan have been declared persona non grata for accusation of espionage. Recently, a Chinese citizen was arrested in Bishkek for allegations of espionage.

In all likelihood, the upcoming meeting of the members of Shanghai Cooperation Organization to be held in Bishkek this August will continue the same pressure on Kyrgyzstan to present the U.S. troops with a departure notice.

What are the decisive factors for Kyrgyzstan’s relations with NATO?
1. National Security. The threat of invasion into Kyrgyzstan’s of terrorist forces like it happened in 1999 remains there.
2. Drug Traffic. Kyrgyzstan is a transit station for the drug trade coming from Afghanistan. The criminalization of society caused by the drug trade remains severe.
3. Difficult Character of Relations with Neighboring Countries. Kyrgyzstan does not have agreements on the status of borders and their demarcation neither with Kazakhstan, nor with Uzbekistan, nor with Tajikistan. Various confrontations on the borders now carry a permanent character. There is a risk that one of these confrontations may grow into a serious inter-state conflict.
4. Tough Competition for Water and Hydro Energy Resources.
5. Religious Extremism. The spread and influence of such organizations as Hizb-ut-Tahrir, despite Central Asian police forces’ constant struggle against them, is growing unabated.
6. Interethnic Conflicts. Interethnic conflict has transformed from that of being based on identity and minority representation issues into that of being based on conflicts around control of land and economic markets.

Thus, conflict potential in Central Asia, in particular in such regions as the Ferghana Valley, is very high. One or more of the aforementioned factors can become sources of inter-state conflict in Central Asia.

All aforementioned factors have direct connection to regional security and their solutions can be found on the basis of international cooperation and experience for addressing such challenges. NATO possesses broad experience in this matter and its participation in Central Asia’s security processes can take place on multiple levels – multilateral as well as bilateral.

Today, in light of the situation in Afghanistan, there is clear potential and even need to discuss Central Asia’s security in the framework of a possible cooperation between SCO and NATO.

Scenarios for NATO-Kyrgyzstan Relations
1. Possible Scenario. Continuation of current relations characterized by cooperation without deep, multilevel relations. In this scenario, every action taken by Kyrgyzstan toward NATO will always take Russia into consideration. Russia and China will continue to put pressure on Kyrgyzstan to evict the American airbase. The positive or negative nature of this scenario depends on the quality of relations between NATO and Russia and China. If these parties have favorable relations, Kyrgyzstan and NATO will have a chance for a deeper partnership. Otherwise, Kyrgyzstan may face a severe choice.
Russia without good relations with Central Asia will be significantly weakened. China without access to energy resources of Central Asia will be compromised, too. The West, on its part, should not ignore the growing importance of this vital region of crossroads. If every player will only play his game, Central Asia will become a stage for the powers’ battles. The key cause of confrontation today is the desire by both Russia and China to hold an increasingly tighter control over the region.

2. Best Scenario. A gradual transition to global partnership away from loggerheaded confrontation between powers and a growing focus on global problems (climate change, terrorism, WMD) is definitely the best scenario for all parties. On the way to realization of this scenario there are serious obstacles. First, the strong sentiment on part of the Russian elite that NATO “lied” to them in lieu of the 9/11 attacks. Second, China believes that NATO’s continuous eastward movement is a threat to China’s national security. The ideology of narrow national interests dominates over the ideology of rational global balance. In such conditions, Central Asian states are forced to make a clear geostrategic choice in favor of their closest neighbors. Even such country as Kazakhstan, while increasing its ties with NATO, continues to emphasize the priority of its relations with Russia.

пятница, 2 ноября 2007 г.

Политическое уничтожение оппозиции означает проигрыш всей страны


Вы вышли из одной известной оппозиционной партии?

Ответ: Реально дело обстоит следующим образом. На сегодняшний день я единственный со-председатель этой партии. Сначала вышли из состава политсовета и со-председательства группа депутатов Жогорку Кенеша. Как пришли так и ушли. Потом из политсовета и партии вышли депутаты Бишкекского горкенеша. И на днях вошли в другую известную партию Байболов и Сариев. Так что в партии остался я, некоторые члены политсовета и множество рядовых членов партии. Но партия уже не может участвовать в выборах самостоятельно. Главное начался новый этап в истории этой партии и те кто остался собираются оформить это соответствующим образом. У покинувших свои мотивы и логика. Но я поддерживаю когда объединяются чтобы противостоять произволу. Политическое уничтожение оппозиции означает проигрыш всей страны. Да, мне предлагали идти на выборы под другим флагом. Но условия для меня неприемлимы. Не привлекает меня и идеология.

Вопрос: Но уже сообщили, что вы вошли в партию, соавтором программы которой были в 1993 году.

Вопрос: Социал-демократия же занимает действительно уравновешенную центристскую позицию. Это более надёжный путь для Кыргызстана. Иначе приватизация политического процесса властью ведёт только к радикализации политически активного населения. Власть и радикальная оппозиция это две крайние силы и схватка между ними – это худший сценарий для страны. Стоящие по краям политического спектра они тянут страну в пропасть. И очень связаны друг с другом как близнецы. Простой обыватель не любящий власть в восторге от смелых действий крайней оппозиции. Но ему невдомёк, что в апреле, например они подвели страну к межрегиональному столкновению, и искусственно усилили позиции власти, которая решила от эйфории монополизировать все. И она пошла по пути «Алга, Кыргызстан». После апреля позиции «беспредельщиков» во власти усилились, а позиции умеренных и цивилизованных ослабли.

Неужели трудно понять, что если инакомыслящие и оппозиция искусственно отстраняются из парламента, она оккупирует площади и занимается митингами? Вариант референдума не пройдёт. Некоторые белодомовские политтехнологи пытаясь идти по пути соседней страны готовят «холодную гражданскую войну». Своим умом надо жить. Поэтому считаю политику социал-демократии наиболее важной для страны на данном этапе. Её идеология мне импонирует. Я за разумную и цивилизованную политику.

Вопрос: Может ли социал-демократия объединить прогрессивные силы?

Ответ: Это вопрос к руководству партии. А по мне она должна это сделать. Уверен, что все прогрессивные силы должны сегодня действовать вместе, потому что необходимо быть в оппозиции ко всему тому, что мешает стране развиваться цивилизованно. Кыргызские политики после 24 марта 2005 года уже посеяли сомнения у остального мира и большинства нашего населения, в возможности развивать свою страну по законам и правилам современного цивилизованного мира. Правильнее говорить об объединении здоровых сил общества. В данном случае понятие «оппозиция» уже становится узким.

Вопрос: Президент хочет выстроить вертикаль власти на основе новой Конституции. Может ли заработать у нас российская или казахская модель?

Ответ: Монополизация власти у нас неизбежно приведёт к кризису общества. Потому что это будет означать засилие кланового управления. А это отсталость. Путь в прошлое. Надо ли удовлетворяясь временными победами, двигаться к глубокому заблуждению? Путин действует сообразно потребностям великой державы, но про свою модель говорит ясно – это российский путь к демократии и пока твёрдо следует своим обязательствам. Об Модель Назарбаева работает в Казахстане и возможно это их путь к демократии. Авторитаризм доказал свою успешность только в лице просвещённых (подчёркиваю – просвещенных) лидеров, как Ли Куан Ю(Сингапур) или Махатхир Моххамад,(Малайзия) которые, будучи крупными мыслителями и гениальными менеджерами, смогли выстроить современную эффективную систему управления государством, создать конкурентоспособную экономику, условия для формирования среднего класса т.е. основу для демократии.

Вопрос: Может ли партия власти стать политической базой новой вертикали власти, если туда побежали бывшие алгинцы и прочие?

Ответ: Может. Но насколько она будет прочной это другой вопрос. Побежали говорите…Беспринципность стала главной чертой большинства политиков. И не только их. За этим на самом деле стоит более глубокое историческое явление – многолетняя негативная селекция и низкий уровень социальной гигиены. Это наше прошлое и настоящее. В результате наверху продолжают господствовать приспособленцы и проходимцы. Лучшие – самостоятельные, отважные, умные, открытые десятилетиями уничтожались и подавлялись. Результат – всё наше небо в воронах, орлы редко появляются.

Бизнес и простой человек: тезисы обращения к студентам - будущим предпринимателям


Полагаю одной из главных этических проблем является противоречие между стремлением бизнеса осуществить грандиозные планы преобразований, новаций, получить большую прибыль и желанием оставаться полезным и понятным для рядового человека. В моей стране, как и во всех других посткоммунистических странах большинство молодёжи приоритетом считает обогащение любым способом. Большое количество моих сверстников считает законом право сильного и презирают слабых. К сожалению, они забывают, что многие стали беспомощными вопреки своему труду и воле, а стали жертвами суровых обстоятельств. Они также забывают или не хотят понимать, что так называемые сильные – в большинстве своём это воры, которые задержались на свободе. Пожилые, инвалиды, сироты, не виноваты, что им досталась такая тяжёлая доля. Исключение можно сделать для ленивых и глупых.

Я замечал, что везде, независимо от стран, народов, рядовой человек часто становится жертвой политики, бизнеса. В этом я вижу одну из причин отсталости и напряжения во многих обществах. Как сделать так, чтобы их интересы совпали? Получение прибыли или борьба за власть нередко игнорируют интересы простых людей, обрекая их на страдания и унижения. В нашей стране, монополия и коррупция вынудили десятки тысяч людей бросить традиционные занятия и покинуть свои деревни в поисках заработка в других странах.

Вот в этом, если мы хотим быть полезными гражданами своей страны, должны видеть очень серъезный вызов своей морали и пониманию справедливости. Человек не может чувствовать себя успешным, если его бизнес отнял шанс у многих людей на благополучие.

Главное верить, что интересы бизнеса и рядового человека можно и необходимо совместить. Поэтому, очень важно всем вам глубоко изучать теорию развития, опыт развития бизнеса и его воздействие на общество в разных странах, а также стремиться понять как на местном, региональном, национальном и глобальном уровне можно наладить позитивное сотрудничество между бизнесом и обществом. Каждая страна имеет свои особенности, и поэтому важно международный опыт и практику компаний пытаться гармонизировать с потребностями и интересами людей. В Центральной Азии, и в Кыргызстане в частности многое измениться к лучшему, если политика и бизнес будут сфокусированы на развитии человека. Никакие обстоятельства и силы не должны заставить вас отвернуться от своего ближнего, если вы верите непреклонно в добро и милосердие, любовь и сострадание. Очень важно всегда делать что-то полезное для тех, с кем живешь рядом. Каждый день и всю жизнь. У вас есть твёрдая опора – это гуманные традиции нашего народа, идущие из поколения в поколение. Но каждый раз мы должны их отстаивать.

Почему демократия плохо приживается в Центральной Азии?



демократия в широком смысле это­го понятия - есть процесс развития, который содействует распро­странению свободы людей решать все вопросы в интересах всего общества. Демократия в узком смысле - есть воз­можность формировать органы государ­ственного и общественного управления на основе свободных выборов. Поэтому постановка вопроса "Что лучше для Цен­тральной Азии - демократия или авто­ритаризм?" не состоятельна, поскольку альтернативы развитию демократии в регионе нет. Но реальность такова, что в большинстве стран нашего регион в основном утвердились авторитарные режимы. Почему так произошло? Мож­но ли считать авторитарные режимы лишь переходным явлением или они соответствуют культуре, менталитету и общественным потребностям населения и поэтому ещё долго будут господство­вать в политических системах этих госу­дарств?
После развала коммунистической системы страны Центральной Азии выбрали разные модели развития. На их выбор решающую роль оказали такие субъективные и объективные факторы, как мировоззрение лидеров, политиче­ская культура и философское видение политических элит, культура населения, историческое наследие, количество насущных проблем общества, имеющи­еся вызовы и угрозы. Решающую роль продолжает играть наличие природных ресурсов и качество использования их для целей развития общества.

Существует утверждение, что основ­ным препятствием на пути успешного раз­вития демократии в Центральной Азии является отсутствие или слабость меха­низма мирной передачи государственной власти и смены политических элит. Поче­му в странах Центральной Азии создалось такое положение? Существует ли насто­ятельная необходимость нахождения у власти одних и тех же лидеров около 20 лет? Обычно это объясняется незаменимо­стью главных политических фигур в силу их выдающихся способностей сохранять стабильное положение в стране.
В марте 2005 года политически актив­ная часть населения Кыргызстана реши­ла главный вопрос о власти сама, выну­див президента покинуть свой пост. В средствах массовой информации и экс­пертной среде сформировалось такое мнение, что при слабом государстве неподготовленное историческим раз­витием активное вовлечение широких народных масс в политическое движе­ние может привести к гражданской вой­не, как это случилось в Таджикистане, или к хаосу как в Кыргызстане. Но вино­вата ли в этих событиях демократия? Не используют ли диктаторы эти события в качестве пугала для своих народов для того, чтобы продолжать свою политику манипулирования сознанием людей в собственных корыстных интересах?
В зависимости от оценки роли сво­боды и демократии в жизни обществ Центральную Азию некоторые эксперты условно разделяют на две части. К одной относят Кыргызстан и Казахстан, где уро­вень открытости обществ более высок, официально действует оппозиция, сво­бодно функционируют СМИ и развивает­ся новая социально-политическая инфра­структура. К другой - остальные страны региона, которые выбрали жестко авто­ритарный стиль управления. По оценкам организации Фридом Хауз в 2007 году в регионе только одна страна - Кыргыз­стан - признана частично свободной, остальные страны - не считаются сво­бодными. То есть это страны, где поли­тические права и гражданские свободы граждан подавляются властью. При этом большинство граждан там лишены пра­ва выбора. В Казахстане реализуется вариант "регулируемой демократии" или сингапурская модель развития, где пер­воначально была либерализирована эко­номика, и постепенно проводятся поли­тические реформы и предоставляются гражданские свободы. В Кыргызстане на фоне слабых государственных инсти­тутов развивается самое сильное в реги­оне гражданское общество. Здесь уро­вень развития демократии по сравнению с соседними странами довольно высок. В этой стране уже многие важные госу­дарственные решения принимаются на основе соглашения или консенсуса меж­ду властью и оппозицией. В остальных странах региона упор делается на "само­бытное развитие" под которым понима­ется постепенное внедрение демократи­ческих институтов в жизнь обществ. Воз­никает вопрос, является ли такой путь действительно выбором народов или это навязанный правящей верхушкой путь, который позволяет им находиться у влас­ти столько, сколько у них для этого будет возможности?
Лидеры стран региона постоянно под­чёркивают, что либеральная демократия Запада не может быть применена в Цен­тральной Азии, поскольку исторический путь и национальные особенности тре­буют иного подхода к развитию демо­кратии. Они утверждают, что, скорее все­го, путь к демократии будет долгим и сопряженным с множеством трудностей. Если это так, то, что может быть тогда альтернативой либеральной демократии на переходном этапе - диктатура, автори­таризм, национализм,теократия?
Большинство представителей оппо­зиционных сил и гражданского обще­ства считают, что к демократическим формам правления не готовы, прежде всего, политические лидеры, которые препятствуют деятельности оппозиции и преследуют инакомыслящих. Но если оппозиция придёт к власти, сможет ли она управлять обществом демократиче­скими методами?